Живая природа

Животный мир Новой Зеландии не может похвастать разнообразием при одновременной своей уникальности. Как вы уже знаете, при расколе древнего материка Гондвана один небольшой осколок в гордом одиночестве отправился курсом на самый край света, и, добравшись до туда, долгие миллионы лет жил своей собственной жизнью, абсолютно отрезанный от всего остального мира. В результате те немногочисленные обитатели этого ковчега, беглецы с Гондваны, эволюционировали совершенно обособленно, не перемешиваясь с другими видами. Лишь птицы, которым не помеха водные преграды в тысячи километров, нашли здесь удобную базу на пути своих сезонных миграций. На руку (вернее, на крыло) им сыграл тот факт, что в порту Гондваны, похоже, не всем продавали билеты на новозеландский паром - как еще объяснить тот факт, что среди эмигрантов не было замечено млекопитающих? Хотя я не очень хорошо разбираюсь в истории эволюции - может быть в те времена и млекопитающих то еще не было? В таком случае новозеландские земноводные решили не заморачиваться с грудным вскармливанием и прочими теплокровными сложностями. Как бы то ни было, когда в начале-середине прошлого тысячелетия на острова прибыли первые человеки или даже люди с далеких полинезийских островов, они обнаружили здесь только несколько видов пресмыкающихся и несметное количество невиданных птиц. Некоторые птицы, в отсутствие хищников, так разленились, что абсолютно разучились летать, предпочитая неспешные пешие прогулки в поисках лекгодоступной растительной пищи. В отличие от австралийский страусов, бегать они при этом тоже не научились, очевидно по той же причине отсутствия охотников. Но свято место пусто не бывает, и всему хорошему приходит конец - прибывшие на острова туземцы, назвавшие себя маори, очень обрадовались наличию дичи, на которую и охотиться то толком не надо. Говорят, в XIX-м веке вновь прибывшие европейцы успели застать несколько последних особей той самой огромной нелетающей птицы Моа, которую в течении пяти сотен лет без устали поедали маорийцы. До наших дней от этих пташек ростом в 2 метра остались только косточки да чучела в местных музеях.

С пернатыми поменьше дело тоже обстояло не лучшим образом. Маорийцы привезли с собой некотрые виды одомашненных млекопитающих типа кабанчиков, которые охотно дали от них деру и поселилсь в местных лесах, злостно нарушив тем самым биологическое равновесие экосистемы. Но совсем черные дни для птиц настали с приходом европейцев, которые привезли на своих больших кораблях не только овец, но и крыс-нелегалов, которым, как известно, никакой пограничный контроль не является препятствием для проникновения на пароход. Одновременно с крысами англичане - большие любители охоты, завезли кроликов, чтобы было на кого охотиться. Методы математического моделирования были тогда еще неизвестны, и никто не догадался, что кролики в благодатных условиях Новой Зеландии расплодятся гораздо быстрее, чем охотники смогут их отстреливать. В результате чуть было не оказалась подорванной только зарождающаяся сельскохозяйственная экономика молодой европеизированной Зеландии - кролики опустошали предназначенные для овец пастбища с молниеносной быстротой. Англичане не придумали ничего лучше, как призвать на борьбу с кроликами, а заодно и с крысами, опоссумов из Австралии. Результат известен - и тех, и других и третьих спустя сто лет до сих пор травят разными высокотехнологичными ядами. ПоссумКролики и крысы заметно поубавились в числе, но вот поссумы (именно поссумы, а не опоссумы - так в НЗ и Австралии называют опоссумов благодаря ошибке капитана Кука, пропустившего первую букву имени животного в своем судовом журнале) расплодились лучше всех, и навели порядок среди оставшихся нелетающих птиц. Теперь символ Новой Зеландии - птичка киви (размером с курицу) живет под постоянным наблюдением натуралистов и прессингом поссумов. Первых всеми силами пытаются размножить, чтобы не успели исчезуть, вторых всеми правдами и неправдами пытаются изничтожить. Об успехах этой борьбы можно косвенно судить по итогам нашего путешествия на остров Стюарта - известный птичник и кивятник, свободный от поссумов, на котором нам за три дня так и не довелось увидеть ни одной киви. Зато живых поссумов мы видели и слышали неоднократно не только в лесах и горах, но и в саду собственного дома.

Утка с утятами - обычное явление в городских водоемахКроме поименованных бескрылых киви, в Новой Зеландии в изобилии водятся сотни видов летающих птиц. Большинство из них не утруждают себя сезонными миграциями, и давно оформили ПМЖ. В летние же месяцы наблюдается приток гостей из северных стран, и даже из Сибири, спешащих к нам на зимовку. В целом, садовые и парковые птицы мало чем отличаются от таковых в Европе. Тут и дрозды, и скворцы, и воробьи, и даже фазаны, один из которых регулярно приходит погулять по нашему садику. ФазанГолуби, в отличие от Европы, обитают не на городских площадях и памятниках, а на высоких скальных утесах. Их же место в городе занимают наглые чайки. В водоемах привычно плавают утки и лебеди, правда последние здесь почти всегда черные, и видеть белых лебедей нам удавалось всего несколько раз. Зато вороны здесь имеют красивую белую спину, что делает их вид более интиллегентным. В устьях ручьев и прочих заболоченных местах частно гуляют цапли, а в лесах очень заметны приветливые Робины, или малиновки, а также Фэнтейлы (хвосты-пропеллеры). Местный лесной голубь имеет огромное туловище с маленькой головой, и выглядит очень необычно.

ЗябликЛесной голубьЦапляРобинБелые вороны

Вдоль всего побережья Южного острова гнездятся многочисленные колонии немногочисленных пингвинов. Здесь все-таки еще не Антарктика, и классические многотысячные толпы огромных императорских пингвинов здесь не увидишь.Желтоглазый пингвин Наш зеландский пингвин попугливее и помельче, живет очень небольшими семьями, на берег выходит ближе к вечеру, и селится на почтительном расстоянии от соседей. Так что увидеть пингвинов хотя и можно, но не всегда просто.

Леса и горы Зеландии являются домом для нескольких видов птиц, не встречающихся больше нигде в мире. Один из таких героев - горный попугай Кеа, единственный в мире попугай, живущий в горах выше линии леса и являющийся самой высоко-интеллектуально развитой птицей планеты. Говорят, его интеллект сравним с таковым у мартышки! Кеа очень любопытны, и поэтому никогда не упускают возможности проверить содержимое вашего открытого багажника или способ крепления антенны к крыше автомобиля. Тяжелые туристские ботинки, оставленные снаружи хижины, турбазы или палатки, рискуют либо навсегда расстаться со своим хозяином, либо превратиться в сверхвентилируемые сандалии. Будучи хотя бы раз покормленным человеком, Кеа сразу же становится профессиональным попрошайкой, бросает свое гнездо высоко в горах и переселяется со всей семьей поближе к человеку - на стоянку у горнолыжного склона или в деревушку на вершине перевала, вызывая восторг проезжающих туристов и головную боль у местных жителей. Попугай КеаМуниципальные мусорные бачки в таких местах имеют крышку весом около 10кг - любые менее весомые решения моментально снимаются для полной инспекции бачка. Еще Кеа обожают кататься на спинах овец, и раньше даже считалось, что при этом они этих самых овец и поедают, выклевывая у них жир из боков. Фермеры страшно сердились, и палили по бедным Кешкам из ружей. Но потом защитники зеленой природы ( а Кеа ведь зеленый, только крылья с обратной стороны у него неожиданно оранжевые!) доказали, что попугаи ничего плохого не замышляли, и вообще, дескать, просто блох у овец выискивают в качестве платы за проезд. Правительство послушало зеленых, и с тех пор покуситься на жизнь Кешки является уголовным преступлением - он охраняется законом не хуже Киви.

Закончив тему птиц, перейдем к тем немногочисленным млекопитающим пришельцам, которым удалось найти свою нишу в новозеландской природе. Кроме упомянутых свиней, кроликов и поссумов, в лесах можно встретить оленя, также завезенного ради охоты, небольшого сумчатого кенуру. Никаких других хищников в Новой Зеландии нет, и, надеюсь, никогда не будет - настолько строга здесь био-секьюрити на границе. Ввоз любых живых, или когда-либо живших существ, а также растений, семян и прочей органики категорически запрещен. Импорт собак и кошек является, видимо, единственным исключением, и проходит под пристальным контролем властей. То же относится и к продуктам питания - несъеденное в самолете яблоко, машинально засунутое в карман, может обойтись с круглую сумму штрафа или даже в тюремное заключение.

Со змеями, тарантулами и скорпионами дело обстоит также на редкость хорошо - никого из поименованных гадов в стране не водится. Из земноводных известны только ящерицы, одна из которых - Таутара, является генетически самым старейшим существом на земле. Таутара совершенно не менялась в течение последних миллионов лет, и является прямым потомком одной из ветвей доисторических ящеров-динозавров. Единственная ползающая тварь, могущая вызвать проблемы, - небольшой черный паучок с белым пятнышком на спинке - говорят, его укус долго не заживает, и требует курса антибиотиков. Комаров и тех в стране практически нет - ни в городе, ни на природе. В лесах, правда, их с успехом заменяет мошка, которая кусается довольно злобно, но, к счастью, очень не любит репелленты. Клещей и прочих вирусонесущих кровососущих также нет. Так что наш лес, наверное, самый безопасный в мире - из малины не выскочит навстречу медведь, с дерева не упадет на плечи рысь, в джунглях по лианам не спускаются змеи, пауки не падают за шиворот, и комары не поют ночью хором у входа в палатку. Может, это и покажется кому-то неестественно "стерильным", но такова наша "се ля ви" - и так было всегда!

Наш рассказ будет неполным без упоминания жителей морей-океанов. Кроме пингвинов на побережье часто и очень часто можно встретить разные виды тюленей. Как правило, это - новозеландский морской котик, также встречаются морские львы, слоны и леопарды. Тюлени, хоть и кажутся большими и неповоротливыми, на самом деле очень грациозны и проворны. К лежащему на пляже котику можно подойти на расстояние в несколько шагов, а наш бесстрашный друг Саша Симо даже умудрился безнаказанно погладить морского льва. Однажды мы неосторожно спугнули крупного тюленя, подойдя к нему со стороны моря, Тюлений галопи он резко вскочил и галопом (!) на ластах помчался в воду! Вообще, если тюлень находится в воде, он, говорят, абсолютно дружелюбен и играет с человеком лучше дельфинов. Здесь в городках вдоль побережья распространены туры купания с дельфинами - за вполне умеренные деньги вас вывезут в открытое море, оденут в гидрокостюм с маской и выкинут за борт, где вами с удовольствием займется стайка дельфинов. Но по словам специалистов, купание с тюленями доставляет удоволствие на порядок выше. Не знаю, сами пока не пробовали...

Что касается рыбы, то судя по прилавкам магазинов (сами то мы не рыбачим и не ныряем) изобилия и разнообразия рыб здесь нет. Виной тому, видимо, почти полное отсутствие шельфа - ведь под водой Новая Зеландия представляет собой простой увеличенную копию надводной части - высокий горный хребет, выступающий из океанских глубин. Зато, благодаря этим глубинам вблизи побережья Новой Зеландии постоянно можно увидеть "пасущихся" китов, отдыхающих в наших водах во время своих длительных океанских путешествий. А вблизи городка Кайкура, где буквально в 5 милях от берега глубина достигает полутора-двух километров, постоянно живет стадо кашалотов. Их место обитания и привычки изучены настолько хорошо, что вероятность увидеть кита, выйдя в море в любой день, равна почти 100%. Немудрено поэтому, что небольшая частная фирма, десяток лет назад начавшая предлагать whale-watching туры на утлом суднышке, сейчас превратилась в одного из локомотивов местной экономики, имея в своем распоряжении несколько ультра-современных и специально спроектированных морских катамаранов, приносящих владельцам многомиллионный годовой оборот. В 2005 году мы вышли в море на одном из этих судов и не пожалели! Всплывающий в 30 м от борта подышать кит, через несколько минут с грациозным ударом хвоста уходящий на глубину, представляет собой незабываемое зрелище!

 

Назад, в Новую Зеландию